Слово солдата Победы. Выпуск 2Слово солдата Победы. Выпуск 4Слово солдата Победы. Выпуск 5Слово солдата Победы. Выпуск 6Живая память. Выпуск 5Живая память. Выпуск 7Слово солдата Победы. Выпуск 10Слово солдата Победы. Выпуск 11

Живая память. Выпуск 7

ISBN: 5-7030-0974-Х
Год издания: 2008
Количество страниц: 512

В сборнике, посвященном 65-летию Сталинградской битвы, представлены воспоминания, очерки, статьи, интервью, документы, стихи, рассказывающие о героях-воинах Красной Армии и тружениках тыла, защитивших в трудную годину сталинградскую твердыню от гитлеровских захватчиков, разгромившихнемецко-фашистские войска на Волге.

В этом году грядет для нас, участников войны и гвардейцев тыла, всех граждан России, памятная дата - 65-летие Сталинградской битвы. Сталинградская битва... Кто-то из историков сравнивал ее с битвой под Верденом в Первой мировой. Неверно! Верден – крепость, возводимая многие-многие годы для защиты Франции от внешних врагов.

Сталинград же никто и не думал превращать в крепость. Сами советские люди - солдаты, офицеры, генералы, мирные жители стали стеной, утесом на пути немецко-фашистских захватчиков. Сходство лишь в одном: огромных потерях и под Верденом, и под Сталинградом. Однако вернемся к тому, ради чего и пишутся эти строки. В ваших руках, дорогие товарищи, седьмой том серии книг «Живая память», изданный, как и предыдущие, Объединенным Советом ветеранов Союза журналистов России и посвященный, как уже упоминалось, 65-й годовщине Сталинградской битвы.

Седьмой!.. Значит, были и предшествующие ему? Да, были. Трехтомник «Живая память. Великая Отечественная: правда о войне» издан в 1995 году к 50-й годовщине нашей Великой Победы. Через два года из печати вышел четвертый том «Живая память. Ветераны войны и труда: верность Отечеству. 1945-1997». В нем рассказывалось о героическом труде советских людей, в кратчайшие сроки восстановивших разрушенное войной народное хозяйство.

Над всеми этими книгами работали журналисты и писатели. Вот почему свой пятый том мы назвали: «Живая память. Ветераны журналистики: правда о войне».И, наконец, шестой том выпущен в минувшем 2006-м году. Назывался он «Живая память. Нам родная Москва дорога» и посвящался 65-летию Московской битвы.


Живая память. Выпуск 7. Содержание


Рубеж жизни и смерти

Более тысячи километров отделяли Маргелова от Сталинграда, но он не только душой и сердцем, а всем существом, каждым нервом переживал трагические события, развернувшиеся на берегу Волги. Он ходил мрачный, издерганный, чаще всего срывая злость на своих приближенных.
- Гитлеровцы к Тракторному заводу подошли, - без всякого умысла подлил масла в огонь Бальва, откладывая в сторону газету.
- Как подошли, так и отойдут!
- Вряд ли. У них вон сколько сил...
- Что ты понимаешь? - взвился Маргелов. - Сталинград - это, если хочешь знать, могила для немцев. Они бросают туда дивизии, а обратно везут гробы. Надолго их не хватит. Выдохнутся.
- А если не выдохнутся?
- Слушай, ты, стратег... Сидишь тут у теплой печки и вякаешь. А там люди гибнут. Туда бы тебя!
- Разве я отказываюсь? - обиженно сказал Бальва. - Был бы приказ.
- Приказ будет. Не сомневайся.
Маргелов как в воду глядел. Вскоре после этого разговора «из достоверных источников» пришла весть о перебазировании полка в район Тамбова, где срочно формировалась 2-я гвардейская армия. Уже то, что формировалась она не из новобранцев, а в основном из гвардейцев, имеющих немалый фронтовой опыт, говорило о ее особом предназначении. Армию предполагалось использовать не для сдерживания натиска противника, а для мощного таранного удара по нему. Из трех корпусов, включаемых в армию, один был механизированным.
- Готовься, Бальва, к отъезду, - приказал Маргелов, входя в землянку.
- Куда?
- Под Сталинград.
Бальва остолбенел. И не столько от самого известия, сколько от того, что командир сумел заранее предсказать решение самой Ставки.
- И как это можно угадать, - удивленно произнес он.
- Гадают повара на кофейной гуще, а командиры думают!
Трудностей было много. Поспешные сборы, суматошный переезд, новые места, новое командование. Василий Филиппович с особым пристрастием присматривался к старшим начальникам, шутил: "Интернационал какой-то". Командиром 3-й гвардейской стрелковой дивизии стал осетин Кантемир Александрович Цаликов. Был он человек простой и доступный, с типичной для красного командира биографией. До службы в армии пас овец и коров, трудился чернорабочим. Призвание нашел в армии, показал себя грамотным и волевым командиром. Войну встретил в приграничном районе, на реке Прут, познал горечь отступления. Но не сломился, не растерялся, проявил стойкость и выдержку, вырос от заместителя командира полка до комдива, стал генералом.
Изучая биографии немецких генералов, Маргелов не находил среди них выходцев из бедных крестьянских или рабочих семей. Чаше всего это были фоны или бароны. И образование они получали не на рабфаках и не в "ремеслухах", а затем на ускоренных командирских курсах. Чуть ли не у каждого за плечами была академия, а то и две. Тягаться с ними в знании тактики и стратегии было трудно. Приходилось брать природным умом и смекалкой. Но брали, обводили немцев вокруг пальца, разгадывали их замысловатые ребусы. Одним из таких командиров был Кантемир Цаликов.
13-й гвардейский стрелковый корпус, в который входила дивизия, возглавлял Порфирий Георгиевич Чанчибадзе. Этот невысокий, плотно сбитый, широкоплечий генерал сразу пришелся по душе Маргелову. На грузина он был похож мало. Разве только фамилия да горячность в разговоре, да крупный орлиный нос выдавали в нем горца. Комкор был человеком смелым и решительным, руководить войсками предпочитал не по телефону, а непосредственно на местности, большую часть времени находился в войсках.
Во время знакомства Чанчибадзе смотрел на Маргелова с удивлением, хотя заранее познакомился с его биографией.
- Ну и здоров ты, майор, - сказал, отступив на шаг, чтобы лучше рассмотреть командира полка. - Сколько у тебя ранений-то? Пять? Ясное дело. В такого громилу трудно не попасть. Ты уж остерегайся.
Обязанности командующего войсками армии временно исполнял генерал-майор Яков Григорьевич Крейзер. Служба в 1-й Московской пролетарской дивизии стала для него хорошей школой. Он умел четко и грамотно организовать учение, марш или стрельбу. А именно этого требовала Ставка. Подготовка к предстоящим боям была не просто напряженной, а изнуряюшей. По 12 часов в сутки бойцы учились отражать танки противника, стреляли из противотанковых ружей, бросали гранаты, совершали марши, проделывали проходы в минных полях и проволочных заграждениях. Маргелов понимал, что все это крайне необходимо, что без этого победы не одержать, но по привычке ворчал:
- Все жилы вытянем из бойцов, воевать будет не с кем...