Слово солдата Победы. Выпуск 2Слово солдата Победы. Выпуск 4Слово солдата Победы. Выпуск 5Слово солдата Победы. Выпуск 6Живая память. Выпуск 5Живая память. Выпуск 7Слово солдата Победы. Выпуск 10Слово солдата Победы. Выпуск 11

Живая память. Выпуск 7

ISBN: 5-7030-0974-Х
Год издания: 2008
Количество страниц: 512

В сборнике, посвященном 65-летию Сталинградской битвы, представлены воспоминания, очерки, статьи, интервью, документы, стихи, рассказывающие о героях-воинах Красной Армии и тружениках тыла, защитивших в трудную годину сталинградскую твердыню от гитлеровских захватчиков, разгромившихнемецко-фашистские войска на Волге.

В этом году грядет для нас, участников войны и гвардейцев тыла, всех граждан России, памятная дата - 65-летие Сталинградской битвы. Сталинградская битва... Кто-то из историков сравнивал ее с битвой под Верденом в Первой мировой. Неверно! Верден – крепость, возводимая многие-многие годы для защиты Франции от внешних врагов.

Сталинград же никто и не думал превращать в крепость. Сами советские люди - солдаты, офицеры, генералы, мирные жители стали стеной, утесом на пути немецко-фашистских захватчиков. Сходство лишь в одном: огромных потерях и под Верденом, и под Сталинградом. Однако вернемся к тому, ради чего и пишутся эти строки. В ваших руках, дорогие товарищи, седьмой том серии книг «Живая память», изданный, как и предыдущие, Объединенным Советом ветеранов Союза журналистов России и посвященный, как уже упоминалось, 65-й годовщине Сталинградской битвы.

Седьмой!.. Значит, были и предшествующие ему? Да, были. Трехтомник «Живая память. Великая Отечественная: правда о войне» издан в 1995 году к 50-й годовщине нашей Великой Победы. Через два года из печати вышел четвертый том «Живая память. Ветераны войны и труда: верность Отечеству. 1945-1997». В нем рассказывалось о героическом труде советских людей, в кратчайшие сроки восстановивших разрушенное войной народное хозяйство.

Над всеми этими книгами работали журналисты и писатели. Вот почему свой пятый том мы назвали: «Живая память. Ветераны журналистики: правда о войне».И, наконец, шестой том выпущен в минувшем 2006-м году. Назывался он «Живая память. Нам родная Москва дорога» и посвящался 65-летию Московской битвы.


Живая память. Выпуск 7. Содержание


Крылья Амет-Хана

В «когорте славных» Великой Отечественной войны видное место занимает дважды Герой Советского Союза коммунист Амет-Хан Султан. Звезда его славы засияла над Сталинградом, а ее свет распространился аж за рубежи Отчизны.
Мне особенно запомнился снимок фронтового фотокорреспондента Юрия Скуратова: Амет-Хан сидит на крыле истребителя, поджав по-турецки ноги; взгляд открытый, очень живой, приветливый.
Моя встреча с именитым авиатором состоялась в 1969 году в подмосковном городе Жуковский. Передо мной предстал человек низкого роста, коренастый, с сильными плечами, проницательными глазами. Во всем его облике, дополняемом твердой походкой, чувствовалась необыкновенная прочность.
Промозглый ноябрьский ветер метался за окном в кустах шиповника. Озябшие ветки царапали стекла, будто просились к теплу.
- К утру утихомирится, - сказал хозяин, - выпадет снег, подморозит - вот и зима. Небо спокойнее станет, только летай.
Наши фронтовые маршруты нередко совпадали - было что вспомнить...
Боевое крещение лейтенант Амет-Хан Султан получил 22 июня 1941 года в Молдавии. Рано утром он штурмовал колонны вражеских войск. С того дня все четыре года войны летчик-истребитель сопровождал бомбардировщиков, штурмовиков и вел воздушные бои на отечественных и зарубежных самолетах - И-153 , «Чайка», английском "харрикейне", американской "аэрокобре", Як-1 и Ла-7.
В конце мая 1942 года Амет-Хан сбил «Юнкерс-88» под Ярославлем. На борту фашистского самолета было четыре члена экипажа и пять ощетинившихся во все стороны пулеметов. Израсходовав все боеприпасы, Амет-Хан свалил "юнкерса" таранным ударом.
Одержав еще ряд побед, Амет-Хан добился, чтобы его направили в Сталинград в составе 4-го гвардейского авиационного полка.
На Сталинград гитлеровское командование бросило наиболее боеспособные эскадры люфтваффе. В них было немало асов, которые начинали свою карьеру в Испании. Более того, Геринг забрал из авиационных школ самых опытных летчиков-инструкторов и тоже отправил на Сталинград.
Когда Амет-Хан поднимался в воздух, глаза резало от мелькавших там и тут черных крестов, «драконов», "бубновых тузов", "тигров", «удавов». На один наш самолет приходилось несколько вражеских. Но Амет-Хан вступал и в такие неравные схватки. Рядом с ним, защищая центральную переправу через Волгу, дрались его боевые друзья - старшина Лавриненков и лейтенант Головачев, самые верные, самые надежные.
Они поднимались в воздух по 5-6 раз в сутки и всегда продлевали время на небесной вахте. Возвращались из боя лишь после израсходования боеприпасов и горючего.
Усталость валила с ног, хотелось броситься на землю и отдышаться от грохота пушек и пулеметов. Но приходилось опять взлетать и опять вступать в неравный, может, еще более ожесточенный бой. Только так можно отвоевать у гитлеровцев превосходство в воздухе, завладеть инициативой.
Защищая Сталинград, Амет-Хан в огненных каруселях увеличил свой успех еще на семь побед. В один из октябрьских дней, когда «стальная стража», как он окрестил немцев, опять заполонила небо, Амет-Хан снова вышел на дальность огня, но его опередила четверка "мессершмиттов". Самолет советского летчика загорелся.
Сбить пламя не удалось. Амет-Хан открыл фонарь и, преодолевая сильный напор ветра, выбросился из кабины над самой Волгой. «Мессеры» кинулись добивать его, совсем беззащитного. Но подоспел Лавриненков. Он отсек огнем крестоносцев и в крутой спирали сопровождал Амет-Хана до приземления.
Ветер сносил на правый берег, куда прорывались немцы. Он с силой подтянул стропы, и купол парашюта заскользил в обратную сторону, к своим.
Собрав парашют, Амет-Хан побрел на аэродром. На краю летного поля, у пустовавшей стоянки, он увидел однополчан. В азартном разговоре летчики пускали в ход пилотскую стенографию - жесты. Амет-Хан остановил их своим традиционным выстрелом вверх. Летчики обернулись.
- Будем жить! - звонко бросил Амет-Хан, но, не увидев своего спасителя, насторожился: - А где Лавриненков?
Отозвалось сразу несколько голосов:
- К врачам увезли.
- Что с ним?
- Посмотри на его изрешеченный самолет, едва дотянул.
Волнение за жизнь друга, жалкий вид его подбитой машины, досадная потеря собственного самолета - все у Амет-Хана сплелось в нестерпимый клубок, обострило его чувства, и он, привыкший на войне недолго думая тут же избавляться от возникших неприятностей, горячась, направился прямо к командиру полка Морозову...