Слово солдата Победы. Выпуск 2Слово солдата Победы. Выпуск 4Слово солдата Победы. Выпуск 5Слово солдата Победы. Выпуск 6Живая память. Выпуск 5Живая память. Выпуск 7Слово солдата Победы. Выпуск 10Слово солдата Победы. Выпуск 11

Живая память. Выпуск 5

Год издания: 1970
Количество страниц: 752

В сборнике представлены воспоминания, очерки, дневники, статьи, интервью, письма, стихи, фотографии военных журналистов, прошедших дорогами Великой Отечественной войны, оставившие для потомков слова «живой» памяти о тяжелых и героических днях борьбы с немецко-фашистскими захватчиками, трудовых подвигах советских людей, в короткие сроки восстановивших порушенные войной города и села.
 


Живая память. Выпуск 5. Содержание


Крикнуть на весь мир все ваши именя!

А вы, мои друзья
последнего призыва!
Чтоб вас оплакивать, мне
жизнь сохранена.
Над вашей памятью
не стыть нлакучей ивой,
А крикнуть на весь мир
все ваши имена!
Эти строки принадлежат великой русской поэтессе Анне Ахматовой. Написанные ею еще в далеком и суровом 1942-м году, они выражают благородную идею сохранить для потомков имена всех, кто не дожил до Дня Победы в самой страшной и кровопролитной в истории человечества войне. Шесть десятилетий отделяют уже нас от ее завершения. Победная весна 1945 года останется навсегда священной в памяти поколений, а 9 Мая - одной из самых дорогих и священных дат в ратной истории Отечества.
О времени, которым нам всегда гордиться и которое нельзя позабыть, столько уже написано. И все же до сих пор остается потребность знать не только о выдающихся сражениях и подвигах полководцев, но и о простых людях, что выстояли в тех суровых испытаниях, негромкой жизнью своей и такой же неприметной смертью помогли стране одержать ту Великую Победу.
Поучительна каждая из оборванных судеб, важно каждое живое свидетельство происходившей трагедии и подвига одновременно. Об этом я думаю не только как ветеран журналистской профессии, но и как дочь "пропавшего без вести" отца.

ПОКЛОН ТЕБЕ, ОТЕЦ!
Более шестидесяти лет - с осени 1941 года - ничего не было известно о Федоре Слайковском, ушедшем добровольцем в рядах народного ополчения Москвы на фронт Великой Отечественной войны и домой не вернувшемся. На все запросы его родных - сначала жены, потом нас, дочерей, ставших уже взрослыми, - в самые различные инстанции неизменно приходил один и тот же ответ: «Пропал без вести».

Сколько лет я пыталась узнать хоть что-то о судьбе отца, хоть какие-то подробности! Сначала нашла по номеру полевой почты на сохранившихся в семье фронтовых письмах совет ветеранов 9-й Кировской дивизии народного ополчения (впоследствии 139 стрелковой дивизии). Досконально - по литературе, свидетельствам участников войны, поисковиков - изучила историю ее формирования, боевой путь - короткий и трагический. Не раз выезжала на место последнего, смертельного для большинства ополченцев-кировчан боя у деревни Леоново 1-3 октября 1941-го года. Участвовала на открытии им у развилки дорог Дорогобуж - Ельня монумента с безымянной, к сожалению, надписью «Они ушли в бессмертие». Сажала вместе с ветеранами и молодежью вокруг мемориала деревья и кусты. С участниками ежегодных вахт памяти, приезжая в последние дни апреля из Москвы, возлагала к подножию этого, как и других воинских обелисков, погибшим на смоленской земле защитникам столицы, памятные гирлянды, венки, живые цветы.
Мне посчастливилось найти и неоднократно встречаться с однополчанами отца, которым чудом удалось вырваться из фашистского окружения в тяжелейшие для нашей страны октябрьские дни 41-го. Нелегко им было вспоминать о пережитом. Слушая их, боялась пропустить хоть слово. Жалею, что не записывала на диктофон, которого у меня тогда еще не было.
С какой горечью и душевной болью признался как-то в минуту откровенности сержант из административной службы части Николай Александрович Коган, что собственноручно сжег, выполняя приказ, списки личного состава дивизии. Их не удалось восстановить, несмотря на все предпринятые усилия, до сих пор. Имена тысяч ополченцев 9-й Кировской по-прежнему неизвестны.
На всю жизнь запомнился фронтовой медсестре Наталии Григорьевне Былеевой первый раненый в медсанбате дивизии, еще не вступавшей в бои. Женю Колобаева - неполных семнадцати лет - ранило во время разведки. Спасти мальчика не удалось. Он скончался на руках Наталии Григорьевны и был похоронен на окраине города Спас-Деменска. Родные получили похоронку еще в июле 41-го года, но подробности гибели Жени его брату довелось услышать лишь через много лет.
Дочь полкового комиссара В.Д. Сизова тоже от очевидца и тоже только более четверти века спустя узнала в деталях о героической гибели своего отца на рассвете 3 октября 1941-го года. Он лично с командного пункта полка у деревни Леоново вел пулеметный огонь по прорвавшимся цепям гитлеровцев, а затем, подняв бойцов в атаку, был сражен вражеской пулей. Ей написал об этом, находясь в больнице, комиссар дивизии М.Н. Прохоров, который сумел вывести из вяземского окружения осенью 41-го группу из 260 воинов. Познакомиться с ним лично ни Анжелика Васильевна - дочь В.Д. Сизова, ни я не смогли, так как Михаил Николаевич после полученных на войне ранений тяжело болел и подолгу лечился в госпиталях.
Нашего отца вспомнил, взглянув на принесенную мною с сестрой Верой фотографию, лишь Геворг Налгранянц, его сослуживец по Дербеневскому химическому заводу, политрук соседней 6-й роты (отец служил в 7-й). «Он вел занятия с бойцами по противохимической обороне еще задолго до начала военных действий, - сказал Налгранянц. - Больше я его не видел. Сам попал раненым в плен».
Признаюсь, долгие годы я завидовала родственникам тех, чьи смертные медальоны находили поисковики на смоленской земле. С нетерпением ловила каждую весточку об их раскопках, захоронении найденных солдатских останков, расшифровке очередных вкладышей в эбонитовые капсулы. Почему-то даже и предположить не могла, что след отца отыщется вовсе не там, где я его так долго и упорно искала...