Слово солдата Победы. Выпуск 2Слово солдата Победы. Выпуск 4Слово солдата Победы. Выпуск 5Слово солдата Победы. Выпуск 6Живая память. Выпуск 5Живая память. Выпуск 7Слово солдата Победы. Выпуск 10Слово солдата Победы. Выпуск 11

Живая память. Выпуск 5

Год издания: 1970
Количество страниц: 752

В сборнике представлены воспоминания, очерки, дневники, статьи, интервью, письма, стихи, фотографии военных журналистов, прошедших дорогами Великой Отечественной войны, оставившие для потомков слова «живой» памяти о тяжелых и героических днях борьбы с немецко-фашистскими захватчиками, трудовых подвигах советских людей, в короткие сроки восстановивших порушенные войной города и села.
 


Живая память. Выпуск 5. Содержание


С фотоаппаратом по дорогам войны

0 Роли личности в истории
Политики думают, что это они делают историю. Их лица глядят с экранов, их мудрые высказывания цитируются в газетах - наиболее удачные даже попадают в учебники. Слава Богу, что сама история - штука довольно беспристрастная и в итоге всем сестрам раздает по серьгам. Беседуя с Александром Ивановичем Станововым, понимаешь - прав Толстой: не Наполеон - герой и даже не Кутузов, а скромный капитан Тушин, который хоть интервью и не раздает, а дело свое делает, долг выполняет. Дело у Александра Ивановича было - фотографировать. Войну он прошел, что называется, от и до, изучая и препарируя ее как ученый муж, с той только разницей, что смотрел не в микроскоп, а в прицел верного "ФЭДика". Да и с «мужем», пожалуй, натяжка: тогда хоть и быстро взрослели, но 20 лет - возраст достаточно юный, по крайней мере, для философских раздумий. 6 сентября 2001 года Становову 80 исполнилось, по поводу чего он И замечал с грустным юмором: "Из тех, кто снимал войну, - а нас больше сотни было - я самый молодой теперь!"
Он рассказывает, перебирая пачку старых фото, много и интересно: что-то очень смешное, что-то очень страшное, и часто звучит - «его нет уже, ее убили, он недавно ушел». .. На снимках и маршалы, и генералы, но большей частью солдаты - простые, никому не известные. Они сидят в окопе, идут в атаку, переправляются через реку, в общем, выполняют свою обычную работу. Эти-то кадры и просят у Александра Ивановича «рейтеры» и "коммерсанты", совершенно по-толстовски отвечая на вопрос о роли личности в истории.

СДЕЛАЙ САМ!
Становов увлекся фотоделом еше в школе: классе в 7-м сам сделал аппарат и получил первые снимки. Мама поначалу позировать опасалась и все повторяла: "Шура, может, не надо?". Но он точно знал, что надо, и в 38-м уже руководил в пионерском лагере фотокружком. Заработал пять сотен, двадцать восемь рублей родители добавили, так и появился "ФЭД", наша копия немецкой "Лейки", надежная штуковина - хоть гвозди забивай, которой предстояло пройти и Запад, и Восток, и запомнить такое, что навороченной «мыльнице» самого активного новорусского туриста даже во сне не приснится (демобилизовавшись, Становов купил в комиссионке уже настоящую «Лейку», «ФЭД» же кто-то благополучно стащил).
«Я вышел ростом и лицом, спасибо матери с отцом...".
Сейчас Александр Иванович слышать стал хуже, только это для фотокора ерунда. Главное - острый глаз. И высокий рост. Будь он ниже, как знать, может, и сгинул бы на Карельском перешейке в схватке с "белофиннами"! Много наших полегло у линии Маннергейма в той странной войне. Становову, служившему тогда во Владимире, уже был дан приказ собираться на тульский пересылочный пункт для отправки на финскую. Рост выручил: всех ребят не ниже ста восьмидесяти комиссар дивизиона откомандировал для участия в параде на Красной площади.
Потом была служба в Пролетарской дивизии и работа в дивизионной газете. Организовал в клубе небольшую выставку, какому-то политруку понравилось: ретушировать умеешь? Немножко. Через неделю Александр стал уже настоящим корреспондентом в армейской газете - на груди фотоаппарат, на плече автомат (стал офицером - сменил на ТТ). Началась война, и попал он к самому Жукову - опять же благодаря росту. Тогда из самых здоровых и крепких ребят был сформирован батальон охраны штаба Западного фронта, находившегося под Москвой, в Перхушкове.

ПОЗАДИ - МОСКВА!
- Александр Иванович, что для солдат значило: не отдать немцам столицу?
- Видите фото? 41-й, Бородинское поле. Несколько дней его держала 32-я дивизия Полосухина, полковника. Насмерть стояли. Там он и погиб. Держать важно было, оттуда прямая дорога на Москву... А вот еще фото. Там же, но через сорок лет. Иду с фотоаппаратом, смотрю, человек распластался в окопчике. Щелкнул его, и говорю:
"Вы что это?" - А он: "Как что? Я тут воевал в 41-м, в октябре месяце!" Тут достаю я этот снимок старый. Он смотрит: "Вот же я!" Представляете?! Бывает... Абрамов его зовут, Михаил.
- А лично для вас, когда момент истины наступил, когда вы почувствовали, что выдержим?
- Как бы это объяснить получше... В Перхушкове у нас недалеко от железной дороги школа стояла. Здание старое, одноэтажное, ни одного ученика, конечно. Зашел я в физический кабинет, вижу - динамо-машина. Крутанул ее, искры пошли. Вот тогда, не знаю почему, но понял: немцы здесь не будут!
- О наступлении заранее знали?
- Да, только не потому, о чем вы думаете. К штабу-то я примыкал постольку-поскольку. Но был такой своеобразный солдатский телеграф. Солдаты все знали... Вот снимок примечательный, 5 декабря, когда наше наступление под Москвой уже началось. Стоит регулировшик: указатель на Москву, а в другую сторону - Можайск, Дорохово.
Ваш покорный слуга и Щелкнул его своим "ФЭДиком". Кадр не постановочный: он регулировал, я снял, ну, корректировал, конечно, немножко. Повезло мне: в 45-м его в Восточной Пруссии встретил. Он меня узнал, тогда рядовой, теперь старшиной стал. Там указатель уже на Кенигсберг показывал...
- Глупый вопрос, конечно... Самое яркое воспоминание из того времени - какое?
- Началась артподготовка, и пошли мы вперед. Стоит разбитая, полусгоревшая деревня. Смотрю - дымки, значит, живые есть. Старая женщина машет рукой: сынок, помели мне мучицы! Два пня, забиты железки туда - мельница ручная. Намолол я ей, вечером дает она мне две лепешки теплые. Мы, как в том фильме, где Бондарчук играет, буквально на крошки разломили их. Ей-богу, до сих пор вкус этот помню!
- В наступленье - натощак. ..
- Да нет! Кормили-то нас хорошо. В то время очень сильные морозы были, больше сорока градусов, и нам даже по сто граммов водки в день давали. А молодые были... Я, например, сегодня не пью и свою порцию вам отдаю, а завтра вы мне. Некоторые и по триста таким манером употребляли. Лепешки эти... Солдатский котел - совсем другое. А тут - домашнее...