Слово солдата Победы. Выпуск 2Слово солдата Победы. Выпуск 4Слово солдата Победы. Выпуск 5Слово солдата Победы. Выпуск 6Живая память. Выпуск 5Живая память. Выпуск 7Слово солдата Победы. Выпуск 10Слово солдата Победы. Выпуск 11

Живая память. Выпуск 5

Год издания: 1970
Количество страниц: 752

В сборнике представлены воспоминания, очерки, дневники, статьи, интервью, письма, стихи, фотографии военных журналистов, прошедших дорогами Великой Отечественной войны, оставившие для потомков слова «живой» памяти о тяжелых и героических днях борьбы с немецко-фашистскими захватчиками, трудовых подвигах советских людей, в короткие сроки восстановивших порушенные войной города и села.
 


Живая память. Выпуск 5. Содержание


А в Праге цвели каштаны

Если вам посчастливилось освобождать красавицу Прагу или хотя бы держать в руках отцовскую медаль, отчеканенную в честь той
победы, вы могли бы заметить, какой день выбит на ней: 9 мая 1945 года. Да, тот самый великий день нашей незабвенной Победы. Но есть, однако, и тонкость, забытая уже многими. Прошло немало Часов, как Акт о капитуляции фашистской Германии был подписан - и страна наша, да и вся Европа, ликовали вовсю, а Злата Прага все еще оставалась в руках врага. Последняя столица континента, прекрасная в своем весеннем уборе, но истерзанная, униженная гитлеровской солдатней, взывала о помощи. И помощь к ней шла. Стремительно, неотвратимо, победоносно, как и сама весна с пронзительной голубизной ее неба, цветением роз и каштанов...
В начале мая я, корреспондент газеты «Красная звезда» на Первом Украинском фронте, оказался в штабе 2-ой воздушной армии генерала Красовского. Штаб располагался в маленькой силезской деревушке Махенау, и мы, несколько московских журналистов, жили в опустевшем крестьянском доме на окраине деревни. Отсюда каждый Божий день я выезжал в авиационные части добывать боевой материал о наших летчиках. Вернувшись, сочинял очередную корреспонденцию и военным телеграфом отправлял в редакцию. Увы, корреспонденции не печатались. Ни одна. "Почему?" - телеграфно вопрошал я. Ответ пришел краткий: «Нет места». События на фронте происходили действительно триумфальные, и военная газета едва успевала их освещать. Казалось, мне можно было бы и поубавить пыл. Но с упорством, которое теперь выглядит смешным, я продолжал писать «обреченные» корреспонденции. А вдруг?
Восьмого мая, уже к вечеру, вернувшись из очередной поездки, я быстро написал заметку, отнес на телеграф и со спокойной совестью отправился домой. Чертовски хотелось спать, но долгого сна не получилось. Внезапно среди ночи проснулся от необъяснимого ощущения тревоги. За окном, плотно затянутым маскировочной шторой, гремели выстрелы. В чем дело? Мы ведь далековато от линии фронта. Но грохот перестрелки нарастал. Осторожно раздвинув штору, я увидел темное небо со следами светящихся пуль. Где-то грохотали даже пушки.
Первая мысль - немецкие части прорываются из окружения. Но откуда они взялись? Возможно, что-то знают живущие рядом корреспонденты "Сталинского сокола", у них есть телефон. Через тесный коридор я ринулся к соседям. У них было темно и тихо.
- Ребята, вы здесь?
- Тише! - раздалось из тьмы. - Слышишь, что творится?
Еще бы не слышать. Выстрелы гремели возле самого дома.
Я достал пистолет, поставил на боевой взвод и стал медленно спускаться вниз по темной лестнице в прихожую (жили мы на втором
этаже). Скатываюсь по ступенькам крыльца, прячусь в траве и напряженно вглядываюсь в опасную темноту ночи. Глаза уже различают человеческие фигуры Но почему они стоят в полный рост? Почему так громко кричат и даже смеются?
- Эй! Что тут происходит?
- Патроны есть? - не отвечая на вопрос, деловито осведомился боец.
- Есть. А что?
- Тогда пали, парень! Победа!!
Конечно, я выпустил в воздух всю обойму и бегом - в дом. Сподвижники по перу сидели еще в темноте, и мой радостный вопль
ошеломил их.
- Знаете что? - предложил Геннадий Семенихин, корреспондент "Сталинского сокола". - Победа победой, но война-то, братцы, еще не кончилась. Осталось одно такое местечко - Прага. Смекаете? В штабе я слышал: туда рванули танкисты армии Рыбалко добивать остатки немецких войск, освобождать чешскую столицу. Махнем за ними, а?
В тот час все казалось осушествимым. Даже такая дерзостная инициатива, в сущности, журналистское самоуправство. Ведь согласовывать подобный рейс с московскими редакциями - дело безнадежное. Счет шел на минуты. Я, правда, высказал сомнение, но получил дружный отпор.
- Да плевать на то, что подумает начальство! Пока в редакциях опомнятся, мы будем уже в Праге и дадим оттуда репортажи. А победителей не судят! Уже через час, захватив полные канистры бензина, мы втроем - Семенихин, Аристов и я - покатили на юг, к Праге. Надо было догонять танковую армаду. Удивительно, какой выносливой оказалась потрепанная трофейная малолитражка. Несколько сотен километров, частично по горным дорогам. Судеты мы проехали без единой поломки.
Следы недавних боев были повсюду. Но мы к ним привыкли. Внимание, правда, привлек большой дом, высившийся возле понтоннй переправы через Эльбу у Дрездена. На почерневшей от копоти стене огромными белыми буквами было выведено: "Иван поехал дальше!" Стрелка указывала на противоположный берег. Это был, значит, и наш маршрут...