Слово солдата Победы. Выпуск 2Слово солдата Победы. Выпуск 4Слово солдата Победы. Выпуск 5Слово солдата Победы. Выпуск 6Живая память. Выпуск 5Живая память. Выпуск 7Слово солдата Победы. Выпуск 10Слово солдата Победы. Выпуск 11

Живая память. Выпуск 5

Год издания: 1970
Количество страниц: 752

В сборнике представлены воспоминания, очерки, дневники, статьи, интервью, письма, стихи, фотографии военных журналистов, прошедших дорогами Великой Отечественной войны, оставившие для потомков слова «живой» памяти о тяжелых и героических днях борьбы с немецко-фашистскими захватчиками, трудовых подвигах советских людей, в короткие сроки восстановивших порушенные войной города и села.
 


Живая память. Выпуск 5. Содержание


А черемуха буйно цвела в ту весну

Почти три фронтовых года я был редактором дивизионной газеты пятиорденоносной Сибирской, Новгород-Северной стрелковой дивизии. А в начале сорок пятого года после окончания Всеармейских курсов газетных работников прибыл в резерв 1-го Украинского фронта в самый момент начала наступления на Сандомирском направлении. И буквально через несколько дней был назначен начальником отдела армейской жизни газеты «На разгром врага» 59-й армии. Эта армия имела немалый и богатый боевой опыт. Она в составе Волховского и Ленинградского фронтов отличилась в ряде оборонительных и наступательных операций и прибыла на 1-й Украинский фронт вполне подготовленной для решающих сражений последнего года войны. И уже первые дни пребывания армии на новом для нее фронте ознаменовались успешными действиями ее соединений. Одним из заметных было освобождение 19 января совместно с войсками 60-й армии древнего города Кракова, открывшее путь в Верхнюю Силезию.
Именно здесь, в коллективе газеты, мне предстояло начинать свою деятельность. Стоит упомянуть и о психологическом обстоятельстве моего назначения. Я прибыл на место погибшего после взятия Кракова майора Григория Козлачкова (одновременно с ним погиб и редактор газеты Серафим Прокофьев). Вполне понятно, что «старожилы» коллектива присматривались ко мне: смогу ли я достойно заменить их погибшего товарища. Я не мог не учитывать этого.
Вскоре после моего прибытия был назначен и новый редактор полковник Алексей Николаевич Рогожин, человек опытный, фронтовой. Мне пришлось сразу без промедления впрягаться в работу, вникать в обстановку, знакомиться не только с коллективом, но и с войсковыми частями и соединениями. Стали обыденными выезды на передовую, подготовка оперативных материалов с места событий. Все это не могло не сказаться на отношении ко мне. Я почувствовал себя желанным членом коллектива. А коллектив был замечательный, в основном состоящий из людей питерской закалки, испытанных в самых различных ситуациях боевой обстановки. Страницы газеты делались их руками. Очерки, корреспонденции, репортажи на счету каждого. Не все попадало на газетную полосу - места было мало, многое оседало в блокнотах и записных книжках.
Шли последние месяцы войны - март, апрель. Они были столь богаты событиями, столь калейдоскопичны, что в полном объеме откликнуться на них было подчас сложно, но по журналистскому правилу, необходимо. Хотя у армейской газеты были свои особенности - это не только масштабы дислокации армии, но и войсковое разнообразие: несколько корпусов с входящими в них стрелковыми дивизиями, танковых, военно-воздушных, артиллерийских частей и подразделений, службы связи, разведки, тыловые и медицинские службы... И тут важна объемность охвата, чтобы кого-то не забыть, какие-то общеармейские проблемы не упустить. Армия, по существу, была в движении, и редакции с ее немалым хозяйством приходилось, выпустив свежий номер, сразу же переезжать на новое место и уже в пути приступать к верстке следующего.
И тут многое зависело от полиграфистов. Наборщики, печатники, корректоры, радисты - все трудились с предельной нагрузкой.
А широкое наступление продолжалось. Наши войска упорно продвигались вперед, преодолевая ожесточенное сопротивление гитлеровцев. К концу марта соединения нашей армии вышли к Одеру, захватили плацдармы на другом берегу реки.
Одновременно развертывались бои на чехословацком направлении. Погодные условия были сложными. Весна. Распутица. Все это сковывало натиск наших частей, затрудняло работу тылов, подвоз боеприпасов. Были и немалые потери. Но наступательный дух как бы окрылял воинов, ибо близость Победы чувствовалась все сильнее.
И это находило отражение в материалах газеты, в ее порой коротких сообщениях о ратных подвигах, о героях наступления. Анатолий Чивилихин верно подметил в одном из стихотворений, что корреспондент «должен слышать - залпы громки, и видеть - зарево кругом, чтоб, испытав судьбу солдата, огонь И холод этих зим, по праву где-то и когда-то сказать: "Свидетельствую сим - я это видел!". Этому принципу - писать о том, что лично видел, старался в меру своих способностей следовать и я. Потому-то так нестираемы в памяти батальные картины тех напряженнейших дней и ночей сорок пятого года. Из нынешнего более чем полувекового далека я вижу обветренные, усталые и, вместе с тем, воодушевленные лица ратников победы. Я вижу добродушное, почти мальчишье лицо старшего сержанта Григория Бордакова, командира взвода разведчиков. Ведь это он ночью, в зимнюю стужу провел своих разведчиков по тонкому льду Одера, бесшумно прокрался в расположение противника и, добыв важные данные об укрепленных огневых точках, вернулся в полк и сообщил, где более безопасно вести переправу. Он же со своим взводом в числе первых форсировал реку и возглавил атаку на позиции гитлеровцев. В том бою он был контужен, поправлялся. Я написал о нем очерк. А уже в апреле мы встретились вновь. При разговоре со мной Григорий улыбался, как ни в чем не бывало, вспоминал о родной Черниговшине. А на груди его отсвечивала золотом только что полученная звезда Героя Советского Союза.
В эту вторую встречу мы сфотографировались на память. Сели на скамейку - Чернышев, Бордаков и я. Наш фотокор попросил изобразить улыбочки и щелкнул дважды. Бордаков сейчас был более словоохотлив. Да и держался более уверенно, как, по его мнению, и подобает Герою.
Я спросил: о чем мечтаешь?
- Ну, - ответил он, - еще война не кончилась и мечтать нам, пехоте, рискованно... Хочу дождаться Победы. А дальше - не заглядываю...
По-моему, ответил он разумно. Загадывать далеко вперед, когда еше идут бои, действительно рискованно.
Вижу смушенное и вместе с тем не лишенное лукавства лицо еше одного разведчика, младшего сержанта В.И. Суворова, мастера ночных поисков, находчивого и смекалистого парня, который с группой своих бойцов захватил «пятачок» на противоположном берегу Одера и стойко удерживал его до подхода основных сил 901-го стрелкового полка...