Слово солдата Победы. Выпуск 2Слово солдата Победы. Выпуск 4Слово солдата Победы. Выпуск 5Слово солдата Победы. Выпуск 6Живая память. Выпуск 5Живая память. Выпуск 7Слово солдата Победы. Выпуск 10Слово солдата Победы. Выпуск 11

Слово солдата Победы. Выпуск 5

Год издания: 1970
Количество страниц: 478

В книге собраны воспоминания непосредственных участников боев и сражений Великой Отечественной войны: артиллеристов, пехотинцев, летчиков, саперов, связистов, разведчиков, партизан. Дошедшие до Победы и многие из них дожившие до ее 60-летнего юбилея, они рассказывают о тяготах войны и великом стремлении сокрушить врага.

При редактировании воспоминаний сохранены обороты речи авторов, передающие атмосферу суровых военных будней.

Книга обращена к широкому кругу читателей.


Слово солдата Победы. Выпуск 5. Содержание


Школа мужества и мастерства

ШКОЛА МУЖЕСТВА И МАСТЕРСТВА
Чайки летают над хмурым и своенравным Ба-
ренцевым морем. Они то проносятся совсем низко, задевая крылом кру-
жевную пену свинцовой волны, то стремительно взмывают ввысь.
Солнце скрывается за горизонтом, и птицы покидают морские про-
сторы, спешат к прибрежным скалам, в свои гнезда...
В гранитной скале, нависшей над маленькой речушкой, появились
во время войны землянки. В них стояли двухьярусные койки - "партер"
и «ложа», как шутливо называли их жители землянок, летчики-истре-
бители эскадрильи, которой командовал капитан Борис Феоктистович
Сафонов.
- Вы словно чайки в скале живете, _ сказал как-то приезжий кор-
респондент.
Но это образное сравнение не привилось. Не чайками, а соколами
прозвали многих воспитанников Сафонова, а его самого - орлом.
Приветливо улыбаясь, Сафонов вышел навстречу нам, только что
прибывшим черноморским летчикам. Все в нем показалось мне не-
обыкновенным: и крупные, словно вылепленные талантливым скульп-
тором черты лица, и взгляд больших светло-серых глаз - спокойный,
уверенный и в то же время чуть-чуть мечтательный... Рост чуть выше
среднего, на вид совсем не богатырь. И все же какой-то особенной си-
лой веяло от его крепкой, спортивной фигуры.
Сафонов побеседовал с каждым из нас и приказал ждать, пока при-
будут в часть самолеты Миг-3. А пока посоветовал:
- Знакомьтесь с местностью, привыкайте к новому климату, - и
снова улыбнулся тепло и ободряюше.
Думал ли я тогда, при первой встрече с Сафоновым, что через не-
сколько дней его глаза загорятся гневом, и он резко и беспощадно дваж-
ды повторит мне:
- Так не воюют!
Да, командир был прав: так воевать нельзя! Моя ошибка во время
первого воздушного боя могла окончиться гибелью... и не только моей.
Случилось это так. Нашу группу вел опытный воздушный воин ка-
питан Кухаренко, а я летел его ведомым. Машина Кухаренко стреми-
тельно врезалась в строй самолетов противника. Я неотступно следо-
вал за ним и видел, как пули Кухаренко настигли вражеский самолет.
Задымив, он медленно пошел вниз и исчез в водах Мотовского залива.
Я ликовал, от восторга подскакивал на своем сиденье.
Задача ведомого - прикрывать ведущего, не отставать от него.
Хорошо знаю это и все же в азарте боя забываю. Меня преследует же-
лание: уничтожить врага! Вдруг чувствую, что правую плоскость мое-
го самолета прошила пулеметная очередь. И тут же рядом со мной про-
мчался "мессершмитт- 109".
Разрешить безнаказанно калечить свой самолет? Ни за что! Забыв
все на свете, на предельной скорости мчусь к вражеской машине. Нас
еще разделяет большое пространство, но я не выдерживаю, открываю
огонь. Мимо! От волнения не могу поймать самолет в сетку прицела.
Пули идут выше, не задевая его. Наконец поймал! В азарте боя даю
пулеметную очередь... "Мессершмитт" окутывается дымом, идет вниз.
Торжествующе-громко кричу:
- Ура! Ура!
Но тут меня отрезвляет голос Кухаренко:
- "Кама-7", "Кама-7", где вы? Почему бросили меня? Я в районе
Ура-Губы. Высота три тысячи семьсот.
С трудом разыскиваю свои «Миги» и пристраиваюсь к ним.
- "Кама-7", где вы пропадали? - спрашивает Кухаренко.
- Атаковал «мессершмитта».
И вот тут-то я услышал в наушниках голос Сафонова:
- Так не воюют!
А я-то чувствовал себя победителем... Какой позор!
Но помню, как сел на свой аэродром. У Сафонова совсем незнако-
мое лицо - суровое, замкнутое, брови сдвинуты.
- Докладывайте, где вы были во время боя, - сухо спрашивает он.
- Атаковал «мессершмитта», сбил...
- А где ваше место в бою? - ледяным тоном продолжал Сафонов.
- Хорошо, что так обошлось, могло получиться иначе. Вы оставили
командира одного и в бой вступили один...
Я получил пять суток гауптвахты и урок на всю жизнь.
Через несколько дней Сафонов вызвал меня к себе.
- За это время мы потеряли троих, - невесело сказал он. - Они
допустили вашу же ошибку... Теперь вы понимаете, что не сбили вас по
чистой случайности?
Долго я еще не мог смотреть в глаза командиру и товарищам. Да,
мой первый бой многому научил меня.
В небе Заполярья с нарастающей силой шли воздушные бои. И все
же командир эскадрильи Сафонов успевал почти ежедневно в переры-
вах между боями проводить занятия с летчиками. Детально рассказы-
вал он о тактике и примерах воздушного боя, учил метко стрелять.
- В эскадрилье не должно быть ни одного летчика, который бы
сам не сбил самолет противника. Но не забывайте: враг добровольно
не подставит самолет под пули, его надо уметь сбить, _ говорил он.
Командир рисовал силуэты "юнкерсов", "хейнкелей", "мессершмит-
тов", точками обозначал на них наиболее уязвимые места.
- Израсходовать боекомплект нетрудно, - говорил он, - доби-
вайтесь, чтобы каждый снаряд попадал в Цель. И у бомбардировщиков
и у истребителей имеются уязвимые места. Их обязан знать каждый из
вас. Иначе стрельба эффективной не будет.
Нередко наши занятия прерывались сигналом тревоги. Капитан
Сафонов, а за ним и летчики его группы бежали к самолетам, моторы
которых механики успевали уже запустить и опробовать. С удивитель-
ной быстротой Сафонов садился в истребитель и взлетал. Командир-
ский И- 1 6 с надписью на фюзеляже "За коммунизм!" всегда первым ухо-
дил в полярное небо.
Ориентировка в районе нашего базирования и боевых действий
представляла немалую трудность. Кругом, куда ни взглянешь, как близ-
нецы, похожие одно на другое топкие болота, небольшие озера. Даль-
ше в седых барашках неспокойное, никогда не замерзающее Баренцево
море. Глазу не за что уцепиться.
Поэтому Сафонов особенно настойчиво учил летчиков восстанав-
ливать ориентировку после самого запутанного воздушного боя. По
десятку раз каждый вычерчивал на память карту района полетов с ха-
рактерными ориентирами. Летчики обязаны были знать точно направ-
ление на аэродром с любого места, где доведется встретить врага и всту-
пить с ним в бой...